Рассказ. Точка веера.



Саня сидел на задней парте и старался совместить в голове два потока информации, спокойный голос учительницы, читающий что-то в учебнике и Ванькин шепот на ухо. Слова перемешивались друг с другом, образуя не очень понятный рисунок.
- В этот исторический период... если вот взять лупу и прикрепить ее сверху... было принято считать ... а потом, выйти на солнце, и выставить зеркало под нужным углом... что прогрессивная мысль заключается... можно концентрировать и направить луч...
В голове возник третий поток. Мальчик мысленно представил старую башню, всего-то двадцать минут на автобусе. Они проезжали мимо, каждый раз, как выбирались в деревню и никогда не останавливались, что бы подойти к ней. Высокая, из серого камня, с торчащими в разные стороны балками и дырявой крышей. Отец говорил, что это местный помещик, взялся строить храм, но революция не дала ему закончить, и он уехал, оставив все имущество. За прошедшие годы разрушилась сама усадьба, от нее осталась только лента фундамента в траве. Фруктовые сады потонули в наступающем лесу, а недостроенное здание так и возвышалось на холме, среди полей. И притягивало к себе его взгляд и его мысли. Если забраться по старой липе, выросшей рядом с башней, до балок, а потом по ним, как по лестнице, то можно оказаться на самом верху. Прежде чем автобус заворачивал в лес, Сане казалось, что сквозь дырку в разрушенной стене, видно площадку под недостроенной крышей.
Ванька зашуршал бумагой, толкая его в бок и показывая нарисованную схему.
- Что?! - это прозвучало слишком громко.

Collapse )

Из-за удивительных ограничений размеров поста, весь рассказ не помещается. Файл можно скачать и читать тут:

http://wool-bulb.com/fanpoint.pdf

Рассказ. Сервировка имеет значение.



Дорогой Ринпоче, наконец-то я собралась написать Вам письмо, как и обещала. В тот момент, когда эту историю можно считать законченной. Я полагаю, это так, хотя все чаще и чаще меня посещают мысли, что закончится она, когда я сама окажусь там же, где мои маленькие друзья. Но, вероятно Вы скажете, что и это не конец, а только очередное начало. Видите, я прочитала Ваши книги. В любом случае, оттуда я не смогу написать Вам, поэтому сделаю это сейчас, принимая сегодня, за определенную логическую точку в этом бесконечном процессе. Я часто разговариваю с Вами мысленно, внутри своей головы. И, уже некоторое время, как Вы совершенно ясно отвечаете мне. Мне кажется, что из этих бесед, Вы и так знаете, как всё произошло, и, возможно, наблюдали процесс. Но буквы вернее, и я сажусь и пишу их. В свое письмо я вставлю отрывки из своего дневника, который, наверное, более чем я сейчас, может дать ощущение происходившего.</i>
Collapse )

Рассказ. Лучшая клетка.



Машина сделала еще один круг.
- Мне кажется, именно по этим ямам мы проезжали уже два раза, - Света постучала пальцем по экрану навигатора.
- На следующем повороте поверните налево, - сразу же отозвался тот.
- Мы и в прошлый раз налево свернули и что, там нет никакого проезда, - она увеличила изображение на экране, подвигала его, пытаясь разобраться в пересечениях дорог и населенных пунктах.
- Вик, в бардачке бумажная карта, доставай.
Ее спутница, сидевшая на пассажирском сидении рядом, послушно открыла ящик перед собой, порылась и нашла сложенную много раз, потертую карту. Света свернула на обочину, остановилась.
- Разворачивай.

Collapse )

Рассказ. Черная собака для Лилии Ли.

Черная собака для Лилии Ли.



Секретарь кладет журнал на стол.
- Алексей Дмитриевич, только что пришел.
Я смотрю на свое лицо на обложке. Она снимает целлофановую шуршащую обертку, спрашивает о кофе, о завтрашних встречах. Потом уходит. Я беру журнал в руки, вдыхаю запах типографской краски. Глянцевая обложка, лучший предприниматель года, самый молодой миллионер. Перелистываю страницы, нахожу статью, пробегаю глазами знакомые строчки. Я утвердил текст заранее, вопросы и ответы. О бизнесе, успехе, целеустремленности, упорстве - все пустое, все ложь. От первого до последнего слова. Но что я мог им сказать, кроме того как рассыпать хорошо проверенные временем штампы? Не рассказывать же о моем истинном сокровище? Моей Лилии Ли? Сейчас, я отчетливо вижу ту петлю, о которой она говорила. Как будто выйдя из дома на пять минут купить хлеба, я заблудился и бродил пару лет по таким дальним и неизведанным землям, что их до сих пор не найдешь на картах. Чужая сторона, так и не ставшая понятной, моей. Я думаю, где же начало этого витка? В тот момент, когда я впервые увидел ее, или намного раньше? В детстве, когда на дне рождения у одноклассницы я смотрел на видике японский мультфильм. Не помню ни сюжета, ни названия, только одну сцену, несколько мгновений, как худенькая девочка в платье, стоит под проливным дождем.

Collapse )
Продолжение в комментах.

Рассказ. Синий турнир.

Синий турнир.



Темнота вдруг расступилась. Жэка открыл глаза и огляделся. Шатер из серебряной ткани, скамейки по периметру. Он отошел от входа, присел. Никого. Он первый. Скамейки вблизи были порядком облупившиеся, хотя было видно, что к турниру их задули краской, похоже, что из баллончика, не очень умело, и не сняв предварительно предыдущих, многочисленных слоев. Серебряная ткань потерлась на швах, в складках и даже где-то разошлась, но те же заботливые руки наложили несколько стежков. Зачем-то контрастной голубой ниткой. Он посмотрел на ноги - в этот раз кроссовки, на руки - перчатки с обрезанными пальцами, плотные брезентовые штаны, футболка, толстовка. Ничего особенного. В этот раз.
"В этот раз чего? И в какие другие разы?"
И вдруг, понимание. Воспоминания, вставленные одно в другое, мыльные пузыри, друг за другом надутые внутри себя самих. Сон о турнире, сны. Синий турнир, он снился ему уже множество раз, практически не просачиваясь в жизнь наяву, оставляя все знания и всю информацию внутри себя. Но сейчас, он как будто оказался в бесчисленных сферах, встроенных одна в другую, связанных вместе, переливающихся. Жэка дотронулся до тонкой оболочки пальцем и перед глазами побежали картинки, увлекая его за собой, помещая прямо вглубь воспоминания.

Collapse )

Широкое железнодорожное полотно, рельсы, рельсы, рельсы, параллельные, пересекающиеся и сливающиеся друг с другом, и поезда. Он прижался спиной к стенке кирпичного лабаза. Мимо проходил товарняк. Вагоны грохотали, земля под ногами вибрировала. Он зажал уши руками, обогнул угол, и оказался около высокой бетонной стены. Пять гладких, без единой выщерблинки, метров вверх и колючая проволока в завершении. Не перебраться. Прошел вперед, семафоры, пути начинали сливаться друг с другом, а за ними сетка, охрана, люди в черных костюмах с автоматами. И там не пробраться. А он уже чувствовал, как отпущенное время заканчивается. Синий вымпел, там, в отдалении, у дальнего моста, трепещущий на ветру исчезнет, как только упадет последняя песчинка. Поезд! Он бегом бросился назад, вскарабкался по кирпичной стене, хватаясь за толстые плети увившего ее плюща. На крыше, она теплая, запах нагретого толя. Подошел к самому краю, примерился. До проезжающего поезда метра полтора, что же, вполне реально. На цистерну лучше не прыгать, не за что уцепится, а вот, последние вагоны состава были обычные, похожие на почтовые. Он подождал их приближения, чуть отошел, разбежался, и перемахнул расстояние между лабазом и поездом. Покатился по крыше, схватился за какие-то ручки, уцепился, прижался. Поезд проехал мимо заставы, набирая скорость. Теперь, самое важное, успеть соскочить у моста. Жэка соскользнул в пространство между вагонами, встал на узкую ступеньку, вцепившись в поручни. По краю путей шла насыпь из больших булыжников, и вот впереди, кусты, густые с красными осенними листьями. Они всегда оставляют проход. Даже в самом заковыристом задании есть лазейка, достаточно внимательности и четкости действий.
"Они?"
Он спрыгнул в отпружинившие ветки, покатился прямо к опоре моста. Во рту стало солено, прикусил язык. Скорее вверх, по лестнице из арматуры, все ближе и ближе к синему полотну. В тот раз он успел в последний момент, его рука схватила древко, когда все вокруг подернулось рябью, предшествующей звуку горна, обозначавшему начало и конец турнира. И сладкий вкус победы вперемешку с кровью. Так почти всегда.
Внешний мыльный пузырь истончился, пропал, за ним показался следующий. Проявился, открылся, вобрал его в себя и погрузил в еще один пласт воспоминаний. Жэка прятался за огромным контейнером, выглянул из-за угла, стараясь остаться в тени, не попасть в свет ярких фонарей, освещающих порт. Гигантские лучи пробегали по огромным площадям в непредсказуемом порядке, высвечивая темные углы и закоулки. Рядом с ним вынырнула голова, и тут же спряталась обратно, потянув его за собой. Это Лина. Каждый может участвовать в турнире в одиночку. Но изначально, для выполнения задания они собирают команду. Цуг.
"Они?"
Состав цуга оказывался всегда разный, но, почему-то Лина, встречалась ему и раньше. Жэка был уверен, что если смотреть вглубь и дальше в мыльные пузыри снов, то увидит ее много раз. Маленькая, с всклоченными каштановыми волосами, резкая.
- Что ты тормозишь, балда, ты, что не видишь там собаки?!
И он тут же услышал их дыхание, их движение, их готовность остановить и разорвать нарушителей. Лина пихнула его в бок.
- Скорее наверх, побежим по контейнерам.
Он подпрыгнул, уцепился за край, подтянулся и залез наверх. Потом свесился, дал ей руку, и втянул за собой.
-Ложись! - она снова толкнула его, и они распластались на мокрой и бугристой крыше контейнера. В метре от них прошел луч света. - А теперь, давай! Погнали!
Лина как будто видела путь в темноте, или знала его заранее. Она побежала вперед, перескакивая с контейнера на контейнер. Забираясь выше, или спрыгивая вниз, чутьем находя дорогу. И вот, плеск воды, пристань, суда, катера.
-Смотри, вот он!
Жэка отследил направление, и увидел на дальнем буе, у выходя из гавани, попавший в свет фонаря синий вымпел.
- Нам нужна лодка, вплавь это очень далеко.
Лина посмотрела на него прищурившись. Видно, что хотела обозвать его слабаком, как часто делала, но оценила расстояние и ледяную воду.
- Вон там, корабль, темно, никого. Сбоку лодка с мотором. Спустим на воду и за пару минут мы у цели. Нас уже не остановят.
Они спрыгнули вниз, пригибаясь, побежали по пристани. Асфальт кончился, пошли деревянные мостки, разветвляющиеся в разные стороны. И, внезапно, из-за поворота, рычание лай, огромная псина выскочила как будто из ниоткуда. Прыгнула, навалилась, Жэка попытался отпихнуть ее коленями, локтями. Вдруг освобождение, удар и скулеж. Невысокая взъерошенная девушка в красной ветровке одним движением подбросила в воздух пса, и на лету вырубила его, ударив ладонью куда-то в голову или в шею. Тяжелой массой тот упал на мостки, затих, только бока поднимались, а из ноздрей вылетал пар.
-Ого! - Жэка вскочил, удивленно оглядывая ее и отряхиваясь.
Лина скорчила рожицу.
- Не ого. У меня черный пояс по каратэ. Так что, результат не случаен. Двинули дальше, пока он не прочухался.
Они добрались до намеченного корабля. Действительно пустой, ни человека на борту. В конце турнира обычно становилось легче. Будто они хотели помочь выиграть оставшимся и уставшим участникам.
"Они?"
Лебедка завертелась, лодка скользнула в воду, Лина перепрыгнула через борт и ловко приземлилась прямо на деревянное дно. Он слез по веревочной лестнице.
- Заводи! Я у руля! - радостно кричала она. Он дернул стартер, мотор заревел, лодка рванула вперед.
В тот раз они схватили вымпел одновременно, ее пальцы с облупившимся маникюром, его рука сверху. Победа!

Жэка увидел множество переливающихся слоев вокруг себя, выхватывая мелькающие картинки. То отвесную стену горы, и себя, висящего на тонкой веревке над пропастью. То скачущую по горящей степи лошадь, к которой он прижался без седла и упряжи, вцепившись в черную гриву. И вдруг он же, но почему-то намного массивнее, с тугим круглым животом, с длинными усами, в красных шароварах, размахивает кривой саблей, прыгая по деревянным ступеням. Они всегда сохраняют им память обо всех победах и обо всех поражениях.
"Они?"
Полог шатра распахнулся, внутрь зашел невысокий кряжистый мужчина, с лихорадочно горящими щеками.
- Приветствую.
Сел на скамью, заломил пальцы, выкрутил их. Волнуется. Жэка кивнул, улыбнулся.
- Новичок?
Мужчина кивнул, запустил пальцы в волосы, замер в напряжении.
- Ничего, всё будет хорошо! - знакомый голос.
Она. Лина всегда появлялась неслышно, неожиданно. Но Жэка обрадовался, увидев ее уже взъерошенную прическу и нос, кончик которого задирался вверх сам собой, будто таким образом эта невысокая девчонка старалась казаться внушительнее.
- Женька, привет!
Стукнула его кулаком в плечо. Ощутимо. Он видел радужные разводы пузырей окруживших ее в тот же момент. Куда плотнее, намного больше, чем у него. Опытный боец.
- Жэка.
Показала язык.
- Да ладно, врать-то.
Следующей появилась пожилая женщина, с удивлением оглядывая кроссовки и щупая толстовку. На голове вязаный берет с розовыми цветочками. И сразу за ней девочка лет семи, с бантиками в косах, из кармана штанов торчит кукла.
И никаких пузырей вокруг.
- Везет же нам в этот раз. Чтобы на один цуг трое новичков? Это что-то странное.
Лина оглядела их.
- Как вы вообще тут оказались?
- А где это? - испуганно переспросила старушка.
- Действительными участниками Синего турнира.
Мужчина на скамейке поднял голову.
- Меня научили, что и как делать. Рассказал попутчик в электричке. Знаете, как бывает, разговоришься в дороге. О том, о сём, о чём может быть не стал бы рассказывать знакомым и близким. Например, о несбывшихся мечтах. Про то, что уже точно знаешь, не будет у тебя никогда. Но при этом оно сидит занозой в сердце, острой иглой в голове. Я говорил ему об этом, может быть, надеясь облегчить эту ношу. Хотя, что тут тяжелого, заноза да иголка. Живя, занимаясь повседневными делами, о них забываешь, они вылезают и колют лишь иногда, в дальней дороге, как правило. И я думал получить в ответ качание головой, ничего не значащие фразы, сочувствие. А он, попутчик мой, даже не помню, как выглядел, улыбнулся и говорит, есть метод. И рассказал мне о турнире. Я не поверил, конечно, и именно поэтому все так и сделал, как он объяснил.
- Написал заявку? - спросила Лина. Мужчина кивнул, снова заломил пальцы.
- Не думал, что получиться. А оно раз и вдруг вынырнуло, само. Даже выдернуло меня что ли. Я спал, видел что-то такое, обычное, работа суета. И вдруг как будто провалился, раскрываю глаза - шатер. Что же теперь делать? Это ведь больно?
- Участвовать, - Жэка развел руками. - Назад пути нет. Только вперед. Победа или поражение не так уж и важно. Это все опыт, который может пригодиться в следующий раз.
Мужчина вскочил.
- Что бы я! Еще раз! Ни за что!
Старушка вздрогнула, а девочка схватила Лину за руку, и стало видно, что она сейчас заплачет. Лина обняла ее, покачала головой.
- Спокойнее, Вы ни чего не теряете. В любом случае проснетесь в своей постели. Просто, если победите, в чем я, честно говоря, сомневаюсь, на соплях и эмоциях тут далеко не продвинешься, то получите исполнение своей мечты. А вариант "нет" у Вас и так уже в наличии. К тому же и не вспомните совсем ничего. Так что не создавайте паники.
Она погладила девочку по голове, нагнулась, посмотрела ей в глаза.
- А ты-то, малышка, как здесь очутилась?
Девочка всхлипнула:
- Я написала письмо счастья! Мне подружка дала-а-а! - и она заплакала во весь голос, уткнувшись Лине в живот.
- Ну-ка, перестань плакать и расскажи подробнее, что за письмо? Это очень важно! - слово "очень" Лина выделила суровым тоном. Девочка вытерла глаза, нос, посмотрела на мокрый рукав и затарахтела.
- В треугольном конверте! Надо было переписать зеленой ручкой, три раза! Раздать друзьям. Я брату отдала, он так смеялся, и еще девочкам в школе. А в то письмо что мне дали, там было место пустое для моего имени и желания, я все вписала. Потом его надо было так развернуть и запустить как самолетик. Из окна! Я все сделала и вот я ту-у-ут! - ее личико снова скривилось, на глаза навернулись слезы.
Старушка непонимающе крутила головой, глядя то на Лину обнявшую девочку, то на мужчину с красными щеками, то на Жэку.
Он спросил:
- А Вы? Что Вы делали, что бы попасть в турнир?
- Да ничего! Я про турнир не знала, не слышала. Я только молилась! О чуде!
Жэка удивился.
- Молились? Кому?
- Икона чудотворная, мне кума рассказала. Пресвятая Богородица, с птицею в руце. В храме небольшом находится, но люди знают, говорят. Я на поезде ехала, потом еще на автобусе. Добралась. Храм такой скромный, светлый, на холме стоит. Икона небольшая, без окладу вовсе. На ней Богородица Пресвятая, стоит, левую руку на сердце положила, а в правую вверх тянет, и в ней птица синяя, небесная, все желания исполняющая.
Лина улыбнулась.
- Значит синяя птица. В руце, - посмотрела на Жэку. - И вымпел всегда синий, в руце. Женька, просекаешь связь?
Он кивнул.
- А что делать-то теперь, милые мои? - спросила старушка.
Лина снова смотрела на него, теперь вопросительно. Он опять кивнул.
- А делать мы будем вот что. Будет дан сигнал, о начале турнира. Распорядитель принесет в цуг серебряный конверт с заданием.
- Цуг? - удивился мужчина. - Это город какой-то?
- В турнире цуг это наш шатер и наша команда, - пояснил Жэка.
Лина продолжила.
- Задание одно на всех. Это скорее как план местности и количество минут, потому что суть всегда одна - надо добраться до вымпела пока не закончилось время. Если успеваешь - победа, нет - вымпел сгорает, это поражение.
- Пройти преграды, избежать опасности, - добавил Жека.
- Опасности? - испуганно повторила старушка.
Лина кивнула:
- Проще говоря, не умереть в процессе! - и увидев испуганные лица, пояснила, - Это тоже не страшно, проснетесь там, где заснули и всё. Мы же вам поможем, проведем за собой. Да, Женька? Так что все совсем хорошо. Не волнуйтесь.
Он устало выдохнул:
- Меня зовут Жэка, Жэ-ка! Когда же ты запомнишь?
Она отвернулась, не обратив внимания. Подняла вверх палец.
- Вот сейчас! Я его чувствую! Что-то такое проходит по воздуху, как волна.
И действительно, небольшое колебание воздуха, как будто его чуть качнул теплый поток, и сразу за ним, горн! Звонкий, громкий, невозможно пропустить.
Жэка повернулся к входу в шатер, ожидая, когда полог раздвинется, и покажется рука с серебряным большим конвертом. Прошла минута, другая. Лина, которая смотрела туда же, обернулась к нему, подняла бровь. Он чуть заметно пожал плечами. Еще пять минут, шесть, он чувствовал, как песчинки падают в невидимых часах. Турнир уже начался, но распорядителя не было.
- А как долго ждать? - спросил мужчина с красными щеками.
Жэка бросил пристальный взгляд на вход, будто пытаясь материализовать там руку с конвертом. Потом отвернулся.
- Что-то не так. Слишком долго. Конверт появляется сразу, - встретился глазами с Линой, - Что будем делать?
Она задумалась на мгновение, тряхнула головой.
- Пойдем искать распорядителя!
Взяла девочку за руку, сделала два шага и отодвинула полог.
- Выходите.
Они оказались на поляне с выжженной редкой травой. Сумерки, солнце уже почти упало за горизонт. Вокруг какие-то стены, пустые окна, разбитые стекла. По периметру располагались шатры, больше десятка. Может дюжина, пытался сосчитать Жэка. А в самом центре, у высокой кучи строительного мусора стоял старенький автобус Фольцваген. Из тех, в которых путешествуют музыканты в фильмах про хиппи. Бока, с облупившейся синей краской, ржавчина на бампере, когда-то блестящие круглые колпаки на колесах были в трещинах и пыли. Дверь автомобиля открыта, внутри горит свет. Лина направилась к нему быстрым шагом, девочка бежала за ней. Жэка шел рядом, а старушка и мужчина с красными щеками, которого она взяла под локоть, двигались следом, неспешно.
Жэка заглянул в автобус одновременно с Линой. Изнутри тот был обтянут серебряной тканью, будто фольгой. Посередке, тесно прижавшись к металлическому шкафу, стоял стол. На стуле, за столом, спиной к ним сидела девушка и что-то писала в толстой тетрадке. Перед ней стояли песочные часы, синий песок тонкой струйкой падал вниз.
- Привет! - Лина постучала в раскрытую дверь. Девушка обернулась. Необычная, странная. Жэка разглядывал ее, не понимая, что именно кажется ему самым удивительным. Её невероятная для человека худоба, прическа из торчащих ежиком, очень коротких и густых ярко-розовых волос, татуировка в виде двух овальных черных бровей на пару сантиметров выше того места, где должны были быть настоящие брови, которых не было совсем, узкие маленькие ушки или блестящее синее перо, огромное, свисающее вниз с внушительной серьги. Ярко-красные губки бантиком сложились вокруг рта приоткрытого колечком.
- Что? Как? Почему вы не в кластере?
- Нам не принесли конверта, - пояснила Лина, - И мы пришли его искать.
- Как такое может быть?! - воскликнула девушка. Её зрачки вдруг полностью расширились, глаза стали черными, огромными, птичьими. - Все задания отправлены!
Она подняла свою тетрадку, потом заглянула под стол, пошевелила его. И вдруг из тонкой щели, образовавшейся между столом и шкафом, выпорхнул серебряный конверт, сделал в воздухе петлю и упал на пол.
- Вот же он! Застрял, бедняжка! - она подняла его и погладила, как птенца.
Лина протянула руку.
- Давайте нам, мы войдем в турнир!
Девушка задумалась.
- Кластер уже запущен. Но ваш цуг готов. Я не знаю что делать. Подождите.
Она открыла шкаф. Множество полок было забито стопками конвертов. А на дверце весело непонятное устройство, из проволочек, напомнившее Жэке наушники. Девушка достала его, надела себе на голову, что-то вроде двух серебряных шариков в уши и пара рожек на макушке. Села за стол, закрыла глаза и замерла. Только губы ее чуть заметно двигались, будто с кем-то неслышно разговаривали. Через пару минут она открыла, опять ставшими ясными и прозрачными, глаза.
- Ну, все понятно. Кластер запущен, и вы уже не можете оказаться внутри. Но все цуги должны быть собраны на финише. Это непременно. Поскольку это наша ошибка, этот турнир засчитывается как ваша победа. До финиша я вас довезу сама. Затем все свободны, проснетесь, и ваши желания исполнятся. Поздравляю! - она радостно улыбнулась.
- Проходите, добро пожаловать, гости дорогие, давно тут никого не было в моем гнездышке!
Ее тоненькие пальчики пробежались по обшивке и из стен вдруг выдвинулись откидные сиденья.
- Садитесь, пожалуйста, поудобнее. Сейчас мы поедем!
Она хлопотала и порхала вокруг них, заботливо усаживая и устраивая.
Сама опять села на стул, повернув его к ним лицом. Махнула рукой, как крылом.
- Поехали!
Автобус завелся, заурчал и покатился по гравийной дорожке. Жэка наклонился, пытаясь разглядеть водителя, но его не было. Руль крутился сам, рычаг переключения скоростей передвинулся. Автомобиль выкатился на асфальтную дорогу и стал набирать скорость. В окно он увидел заброшенную промышленную зону, где-то внизу, в каньоне. Дорога шла вдоль его края, весь турнир был как на ладони. Жэка заметил несколько цугов и отдельных участников. Они перебирались через стены, где-то вспыхивало пламя, падали старые стены. Перед одним из цугов провалилась вниз крыша старого цеха, они балансировали на краю, хватаясь друг за друга.
Он опять посмотрел на странную девушку-распорядителя. Она широко улыбалась им, но при этом ее лицо было совершенно неподвижное, немного пугающее. Девушка моргнула, и Жэка понял, что в ее глазах есть мигательная перепонка.
- А можно вопросы задавать? - это Лина, судя по тону, очень сердитая.
- Конечно-конечно! Попробую ответить, если вы сможете понять! - распорядительница повернула к Лине голову. При этом её тело осталось совершенно неподвижно. Так странно, не по-человечески, скорее как делают птицы.
Лина показала пальцем в окно, на проходящий турнир.
- А в чем смысл их участия, препятствий, если к финишу можно проехать вот так запросто, по тихой улице?
- Очень большой смысл! В исполнении желания! Если просто проехать по улице оно не исполнится. Ваш случай исключение, так сказать форс-мажор.
- Почему же оно не исполнится? Они же так же получат вымпел?
Девушка сделала большие глаза, поджала губки.
- Понимаете, за исполнение желания нужно заплатить.
- Чем? - Лина хмурилась.
Распорядительница наморщила носик.
- Скажем так, энергией. Хотя это конечно, просто слово. У нас как банк, в который участники делают свой вклад, создав заявку на турнир. Выигрывают не все, и исполнение желаний победителей оплачивается вкладами проигравших. Как-то так. Все честно.
- А разницу вы кладете себе в карман? - сухо поинтересовалась Лина.
Девушка захихикала и провела руками по своему длинному платью-балахону.
- Видишь, никаких карманов! Хотя, что тут такого, всем нужно как-то существовать и наш труд по организации турнира тоже должен быть оплачен.
Лина задумалась, помолчала.
- Последний вопрос - кто вы такие?
Распорядительница посмотрела в окно, потом повернулась, кивнула, будто соглашаясь сама с собой.
- Мы, это Орден Синей Птицы.
Она встала, изобразила что-то среднее, между книксеном и поклоном. Жэка замер, внешний вид распорядительницы менялся на глазах. Татуированные брови исчезли, красные губы тоже оказались нарисованными, и пропали, будто впитались в кожу. На тоненьком лице сердечком остался маленький нос, круглый рот, совсем без губ и огромные глаза. Уши вдруг оттопырились, стали видны два тонких выроста сверху, как две антенны, торчащие над головой, чуть повернутые к макушке. Розовая прическа внезапно вспорхнула, оторвалась от кожи и превратилась в парящий яркий шарик между выростами ушей. Он медленно вращался по невидимой оси. Распорядительница взяла в руки синее перо, увеличивающееся, ставшее размером с нее.
- Я из Ордена Синей Птицы. А это мой посох! Он помогает мне организовывать Синий турнир. Есть еще вопросы?
Лина мотнула головой.
- Нет! Остановите, я сойду.
Распорядительница села на стул, опять став похожа на девушку. Удивленно посмотрела.
- Почему? Ты же уже выиграла?!
Лина усмехнулась.
- Попробую ответить, если ты сможешь понять! Я научилась помнить турнир, и засыпая и просыпаясь. И самое трудное для меня, это придумать желание, что бы тут оказаться, у меня их практически нет.
- Так зачем это тебе, как не ради исполнения желаний? Это против правил! Ты не сможешь больше участвовать в турнире, мне придется внести тебя в черный список, таковы правила! - девушка была в замешательстве.
Лина набрала в грудь воздуха, потом резко выдохнула.
- Ну и ладно! Все когда-то заканчивается. Я была в турнире множество раз, и в этой жизни и в предыдущих. Я вспоминаю их, я вспоминаю кто я есть, когда оказываюсь в серебряном шатре. Наверное, есть и другие способы вспомнить. Придется их найти. Я знаю, вижу, пока падают песчинки в твоих часах, мы, внутри кластера источаем жизнь, энергию жизни, не знаю, как это называется, капля за каплей. Вы доите нас, будто коров.
Распорядительница окинула их всех взглядом. Старушка с девочкой уже потеряли нить разговора, мужчина с красными щеками уставился в окно, с ужасом глядя в каньон, на прохождение турнира другими цугами.
- Прошу учесть, что участие в турнире исключительно добровольное!
Лина кивнула.
- Да, я всегда была согласна на эти условия.
- Так что же тебе надо?
- Сам турнир! Память о нем! - она посмотрела на Жэку, - Помнишь, как мы перелетали через горы на воздушном шаре? Он лопнул, и мы со всей дури вошли в каменную стенку?! Ты повис, а я тебя пыталась удержать? Кричала, мол, держись, мы сможем!
Жэка сглотнул комок в горке и кивнул.
- Помню.
Лина улыбнулась.
- Так и сверзились в пропасть, как два мешка с картошкой. А помнишь в каких-то джунглях, ядовитые пчелы, как мы убегали, прыгнули в реку, а там крокодилы? Это было так смешно! - она смеялась так, что на глазах выступили слезы.
Жэка вздохнул.
- Нет, этого уже не помню.
- Женька, ты такой дурень, я тебе каждый раз объясняю, как сохранить память, но у тебя не выходит. Ты просто оставь внутри самое главное! Не в голове, в сердце своем!
- А что самое главное, Лина?
Она посмотрела на него как обычно, как на полного идиота.
- Уж точно не исполнение желания, и не синий вымпел. Всё! Останавливай.
Распорядительница взмахнула рукой, автобус остановился, дверь открылась. Лина спрыгнула на обочину, кивнула ему, отвернулась и не спеша пошла вперед, пиная попадающиеся крупные камешки ногой. Дверь закрылась, автобус снова поехал.
Девушка с розовыми волосами сложила руки на коленях и опять радостно улыбалась.
- Ну вот, дорогие мои! Скоро мы на финише, там вы получите свой вымпел! Представьте, как повезло! Такого ни с кем еще не случалось! Просто подарок судьбы!
***
Длинный путь, он любил такие поездки, между двумя городами, двумя столицами. Фары освещают дорогу, деревья. Незнакомые огни проплывающих мимо ночных городов. Редкие встречные машины. Хорошо, и почему-то, очень спокойно. Он заметил невысокую фигуру, идущую по обочине в попутном направлении. Проехал мимо, потом остановился, сдал назад. Открыл окно, крикнул:
- Вас может быть подвести?
- Вали на фиг! Маньяк! Извращенец! Пока цел!
Какой знакомый голос. Он отстегнул ремень, оперся на пассажирское сиденье и высунулся в окно. Девичья фигурка, всклоченные волосы, суровое лицо. Она взглянула на него и улыбнулась.
- Женька? Ты? Наяву?!
-Лина! - он уже распахивал дверь, затаскивая её внутрь.
Она кивнула и улыбнулась снова.
- Полина. Меня зовут Полина. Ну что таращишься? Поехали!

Безумное цветоводческое.

Когда я, три года назад, купила в цветочном Дисхидию, впихнутую в ракушку, я и не подозревала, что у нас случится Любоф. Думала, что как многие растения голландского разлива, это просто временный декор. Но, она жила себе и жила, в ракушке ей стало тесновато, пришлось прикупить для девушки горшок и пакетик коры. Это барышня оказалась согласна на все, что я могла ей предложить - жаркое лето, холодная зима, слишком много света. И вот она регулярно радует меня обильным цветением. Ее соцветие, упакованное в стеклянную бутылочку с корковой пробкой, мой коронный букет, вызывающий прилив искренней радости у одариваемого. Можно даже носить как кулон!
А ещё, ещё! Как и было обещано она выпускает листики-ракушки, маленькие зеленые пещеры, напоминающие, прости господи, домики для эльфов! Такая "милота"! Так, я написала это слово, и меня не поразила молния, отлично! Я думала за это убивают сразу, на месте!
Сегодня мыла ее зеленое тельце под душем. Она довольна. Посажу-ка я эту птичку в клетку, что бы у нее было что обвить ручонками.



Collapse )

Книга.

Дорогие знакомые и незнакомые посетители моего ЖЖ, не читающие фейсбук и инстаграм. У меня есть новость. Недавно я закончила книгу. Она о волшебстве, так вот неожиданно. Скачать и почитать можно на сайте.

http://wool-bulb.com/text.php

А это, на обложке, портрет волшебника, если смотреть не него немного прищурившись.



И небольшой, произвольный фрагмент.

Бесконечная красота божественного замысла, как будто написанная вязью на неизвестном языке. Светящиеся нити, петли, их соприкосновения и разветвления, скопления светлячков, пульсирующие, живые связки звезд - это люди. Я смотрю в ближайшее будущее, скорее не на движение нитей, а на их плотность и вибрацию. Одна из нитей натянута и звенит как струна. Я начинаю следовать вдоль нее, она уплотняется, вибрирует, пока я не прикасаюсь к узлу, который испускает зеленоватые лучи в разные стороны. Я осторожно дотрагиваюсь до него, чтобы не спугнуть, но понять. Это что-то насыщенное, светлое и правильное. И очень близко от меня. Иди ко мне, иди, я тебя не пропущу.

Выставка в Ротко-центре. На большой трассе жизни. Графический язык шестидесятых годов XX века.

Очень интересная для меня тема, линии и цвета, фактуры и формы. Помню, как в детстве мы ездили в Ригу, совсем другое, непривычное визуальное пространство. И теперь, как подарок, его фрагменты на выставке. Плакаты, ткани, фотографии, эскизы, гобелены, посуда. Сейчас от него остались островки, вкрапления, жизнь давно изменилась. И вот такие сокровища из коллекции музея декоративно-прикладного искусства.